Жемчужина из логова Дракона[VolgoDon конвертируется в fb2] - Людмила Минич

Он соскользнул к подножию Узилища. Диск Линна наверняка уже всплыл над горизонтом, только здесь, между каменных громад, трудно было его разглядеть. Ветер повесил на шею флягу с шером, приготовил факел и понесся ночными улицами. План он помнил хорошо и без труда попал в нужный переулок. Ум четко отщелкивал: поворот налево, второй — направо. Ведь если он заплутает в темноте — все пропало. И уже возле того самого дома с крыльцом Ветер почувствовал знакомый зуд, а потом иголочки, все сильнее.

Он ударил огненным камнем по острой верхушке факела, и искры мгновенно подпалили масло. Вот где тварь, как раз преграждает ему дорогу, не прошмыгнешь. Двары только с виду медлительные да неуклюжие, а когда надо, они очень даже проворные. Но этому сегодня суждено остаться без добычи.

Пятно сплошного мрака приблизилось, стараясь обойти факел. Огонек слишком маленький, им не отпугнешь, но даже к такому двар просто так не полезет. Ветер подпустил врага поближе, иголки кололи все сильнее, так и впивались в ладони, пальцы сводило судорогой, почти как в памятную ночь перед тем, как он нашел Дракона. Проклятье! Похоже, где–то за спиной еще один. А может, и не один.

Ветер набрал в рот шера, почувствовал, как тот обжигает язык, и сам метнулся навстречу первой твари. Двар остановился и вытянул «лапы» навстречу. Ветер выдохнул облако горящего шера прямо в эту черноту, неловко отпрянул на плохо гнущихся ногах, избегая смертельных щупалец, и тут же, не обращая внимания, как корчится тварь от поглотившего ее огненного вихря, вновь хлебнул из фляги. Он обернулся как раз вовремя, чтобы встретить вторую тварь.

Двар подобрался очень близко, и, хвала Нимоа, только один. Безмозглый, он даже не стал убегать от Ветра, когда тот послал в него такое же огненное облако, даже лучше получилось. Не теряя времени попусту, Ветер осторожно обошел первую тварь, на непослушных ногах доковылял до крыльца, дернул молоток. Дверь тут же отворилась, и беглец ввалился внутрь. Хозяин, в летах, совсем уже седой, но крепкий мужик, сразу наложил запоры.

— Приветствую с добром, — сказал ему Ветер. — И благодарю, от всего сердца…

— Рано еще, господин Ветер, — прервал поток его благодарности хозяин. — Сейчас сведу тебя в свое подземелье. Никто и не знает, что у меня тут такое есть. Придется еще посидеть, — развел он руками. — Денек–другой, пока вокруг успокоится. Небось, они и по домам начнут шарить. А мы похитрее будем. Ты уж прости, мы ж понимаем, после узилища на вольный простор охота, только… посидеть пока придется.

— Ничего, — Ветер хлопнул его по плечу, — не привыкать. Показывай свое узилище.

Укрытие оказалось удивительно надежным. Найти его, если не знаешь что и как, представлялось Ветру делом невозможным. Там, под мастерской, возле мешков со своим скарбом, старый плотник устроил Ветру постель, нанес разной еды, светильню масляную, даже пергамент и чернила раздобыл. Чего же еще желать? Но если шум какой–то в доме, хозяин свет гасить велел да и не двигаться лишнего, чтобы не открыли убежища.

Пробыл Ветер там неожиданно долго. Его искали упорно, с необыкновенным рвением. Все перевернули. Плотник Хаби приносил ему еду и рассказывал то новое, что удалось узнать. Тюремщиков всех без разбору плетьми посекли. Эдриш тоже получил, но без особой жестокости, через пару дней отойдет. Понизили его, конечно, как и всех остальных, куда–то в казармы отрядили. Работа грязная, да все равно при оружии, даром что сын оружейника. Ничего, парень ушлый, нигде не пропадет, выскребется, дай только срок. Главное, что в нем сообщника не заподозрили. Стражникам куда больше досталось. Эдриш оказался прав, после того как открылся побег, сразу про чужаков переодетых вспомнили. За это все, как один, получили сполна.

А как побег устроить — это придумал отец Эдриша, оружейник Дор Фатар, хороший человек, хоть и пришлый. Когда узнал, что Ветра до конца жизни в башню определили, очень рвался помочь. Он всех и собрал, все устроил. Хаби попросили подсобить, потому что дом его к Узилищу ближе некуда. Тут беглеца искать меньше будут, и добежать в короткое время получится.

Сам же хозяин только одно и спросил: что за пятна ночью появились на камнях у его крыльца. Ветер рассказал про дваров. Сначала Хаби недоверчиво дивился: неужто можно одолеть их черное племя. Можно, ответил Ветер, один хороший человек в свое время научил, спасибо ему. Хозяин только головой покачивал в полнейшем восхищении. Еще бы, городские, бывает, целую жизнь проживут, а живого двара не повстречают. А уж с ним схватиться, да еще и уделать к своему благополучию… С тех пор смирный кранахский плотник проникся к гостю небывалым уважением.

Только когда осень сменилась зимой, Ветру позволили выйти из подвала. Искать его наконец перестали, Эдриш рассказал. Парень и правда оказался ушлый, такие длинные и чуткие уши еще поискать. Он–то и принес хорошие вести: думают, что отчаянного стихотворца ночью двары схрумали. Иначе где он? Нигде не объявился. И не слыхать ничего.

И вот Эдриш сам явился к Хаби, да не один, а с отцом. И Ветер понял, почему это имя показалось ему знакомым. Не Эдриш, а Идриз.

— Арфат… — только и смог сказать Ветер.

— Господин Ветер, — в свою очередь вскрикнул Арфат и кинулся ему на грудь.

— А я думаю, Эдриш, имя знакомое, — бессильно бормотал Ветер, застряв в объятиях растроганного Арфата.

— Ну, да! Конечно, знакомое. Это ж мой первенец Идриз, я ж про него рассказывал! Господин Ветер!

— Будет тебе! Хватит меня «господином» величать! Непривычно мне. И тебе не пристало.

— Хорошо, хорошо, господин Ветер!

Ветер шутливо хлопнул его по плечу.

— Так ты здесь обосновался? В Пелахе?

— А как же? Сюда ближе всего. А у меня жена, дети… В даль не потащишься… Все сделал, как госпо… как ты мне присоветовал. И ведь в самый раз поспели: когда на пригорок за деревней поднимались, на дороге уж стража объявилась. Хорошо хоть, с той стороны. Ну, мы деру! Да сюда. Спервоначалу в деревне осели — не понравилось: там чужаков чураются да солдатни много, а мы в те поры от них почем зря шарахались… Это он вот, один у меня такой, — и он потрепал Идриза по плечу, — ничего не боится. Так вот, потом во Фриште решили приткнуться, и снова не вышло. Свара у меня там заварилась, пришлось убираться. Сюда махнули, чтобы оттуда подальше: город по моему соображению огромный, потеряться легко. Имя другое сообразил. Дор Фатар назвался, с такими деньжищами одно имя носить негоже. — Он подмигнул Ветру. — Потом старичка присмотрел недужного. Подмастерья все разбежались, совсем один остался, сил нет, товара нет хорошего, заказчиков тоже нет. А тут я со своим золотишком. В дело вошел, откупил половину, человека в помощь нанял. Старику — красота, сиди, знай, поплевывай и указывай что да как. А он ничего оказался, наторелый, ведь я‑то что, давно уж этим делом не промышлял. Так что все сделал, как гос… ты, Ветер, научил. Теперь–то хорошо. Только вот одна беда — Идриз подрос… ну, и забрали его. Тут ведь как заведено: одного из семьи, коли он не кормилец, сразу в войско. А ведь как хорошо, что его в тюремные дела определили! И сколько ж я за то отвалил! Думал, от беды подальше парня спрятать, а то тут что ни день, то новый сбор трубят. А оно вон как обернулось… Идриз–то мой как раз тебе сгодился. Да если бы не он, кто бы что узнал? Я и подумал: как можно господина Ветра бросить! Он же всех нас!.. От верной погибели! Да не просто выручил, человеком сделал! Я ведь теперь куда богаче против прежнего! Дело вгору пошло!